Земля лишних. Однокласснички  - Влад Воронов

Раздается не такой и громкий «пух». Что-то горящее уносится вперед. Негодяйский багги успел тронуться с места, поэтому снаряд промахивается. И влепляет в стоящий за дорогой камень. Вот тут уже грохает так грохает, все заволакивает дымом и пылью. Сверху начинает падать щебенка, один камешек хлопает по макушке. Больно. Зря я над «робокопом» смеялся, полезная вещь шлем. В носу и во рту вкус пыли.

Закрываю рот, пытаюсь сплюнуть, но слюны нет. Слух потихоньку возвращается, снова становится слышна стрельба в стороне. И еще какой-то полукрик-полуплач, совсем рядом. Пронзительный, на одной ноте, и очень долгий. Не может человек так долго и громко кричать. И действительно не может, сменился каким-то то ли кашлем, то ли клекотом и затих. И снова тишина, лишь стрельба вдалеке.

А «робокоп» невозмутимо достал автомат и пошел быстрым шагом вперед и вправо. Только за спиной железки позвякивают. Самодостаточное существо, всех убьет, один останется.

Решаю тоже продемонстрировать военную выучку, переключаюсь на автоматический огонь и передергиваю затвор. Целюсь в сторону заглохшего вражеского багги, вдруг какая подмога врагам подойдет, а тут мною заслон поставлен прочный. В ушах звенит, в голове дурацкий марш крутится.

И вроде как мерещится какое-то шевеление. Расстояние метров пятьдесят, глазки у меня близорукие, да еще воздух от горячих камней плывет немного. Вглядываюсь до рези в глазах, вдруг «тррррах» – очередь автоматная, и вроде что-то упало справа, куда «робокоп» ушел.

Стреляли явно из-за «багги», и дым было видно, и даже огонек на кончике ствола. А вот стрелка не видно никак, прячется ловко, скотина. Ну что, подождем, ничего другого не остается. Не с моими умениями на штурм идти.

А вдалеке бой продолжается. Похоже, «канализационные трубы» были не только у нас в машине, да и стрелки не подкачали, так что две единицы вражеской техники коптят густым черным дымом, а две другие укатились почти к горам и оттуда лупили, на кого бог пошлет.

Опять звяканье. Пока я любовался на поле чужой битвы, наш недовзорванный противник добрался до пулемета. Сейчас прижмет наших огнем с тыла, и снова враги полезут вперед. Нельзя такого допускать.

Проверяю, что прицел стоит на сто метров. Вжимаю приклад в плечо. Целюсь. Задерживаю дыхание. Тяну спуск…

Тррраххх! Автомат рванулся вверх. В ушах звон, ничего не слышу. Пулеметчик шустро дергается в сторону, стреляю еще раз и снова мимо. Прячусь за камень, отползаю назад в яму и перебегаю метров на тридцать влево. Там опять вылезаю на склон, прячусь за парой здоровенных валунов, выглядываю сбоку. Пулеметчика нет за пулеметом. Это хорошо. Но и трупа не видно. Это плохо.

Лежу, жду. На основном фронте затишье, то ли у противника кончились патроны, то ли задумывает какую-то пакость. Время сейчас работает против пулеметчика, и он это понимает. Что-то круглое черное вылетает из-за «багги» в сторону моей прежней позиции. Прячу голову, вжимаюсь в камень. Грохает, снова звон в ушах, кислый вкус во рту и камешки сверху. Ни фига себе спортсмен, на такое расстояние гранату кинуть.

Постепенно оседает пыль. Аккуратно выглядываю. Пулеметчик опять за пулеметом, разворачивается в мою сторону. «Ду-ду-ду». От булыжника, за которым я прятался только что, летят искры и осколки камня. «Ду-ду, ду-ду-ду». Хоть и мимо, но все равно страшно. Опять вжимаюсь в щебенку, пытаюсь стать плоским и незаметным. Оглушенные уши почти не замечают короткую автоматную очередь откуда-то справа, после которой вдруг становится тихо.

Хруст щебенки. Выглядываю с другой стороны и вижу «робокопа», сторожко идущего в сторону «багги». Видно, что жилет у него на левом боку размочален, пара карманов висит на соплях, но других повреждений не видно. Смотрит в мою сторону, поднимает большой палец вверх. Я повторяю его жест, подбираю автомат и иду следом.

Подходим к «багги». Нда, победа в конкурсе на лучший дуршлаг за явным преимуществом. Граната из гранатомета влетела в валун за дорогой, взорвалась, и все осколки вернулись сюда. Посекло всех, кроме одного, выброшенного взрывом из машины. Негодяй оказался живучим, и вместо того чтобы тихо лечь умереть от контузии, сперва всадил пару пуль «робокопу» в бронежилет, а потом встал за пулемет. Но отвлекся на меня и остался без башки. Слабак, короче. А я, наоборот, молодец. Потому что живой. Хотя стреляю мимо.

«Робокоп» без видимых усилий перевернул безбашенного пулеметчика на живот. Жилет на спине поврежден в паре мест. Показал на расколотый валун, потом на эти дырки. Понятно, осколки. Перевернул на спину. Хмыкнул, увидев две дыры на груди, сунул туда палец и показал на меня. Значит, я все-таки попал? Расстегнул на трупе жилет, показал изнаночную сторону. Выходных дырок нет, ни сзади, ни спереди. Бронежилет удержал.

Да, здоровый дядя был. Пережить взрыв гранаты совсем рядом, получить в спину удар от несколько осколков, потом в грудь от пары пуль из автомата и продолжать точно стрелять! Гвозди бы сделать из этих людей. И забить куда-нибудь подальше, по самую шляпку.

Что-то бормочет рация у нас в машине, но издалека не слыхать. Пока шел, передача стихла. И вдруг – свист лопастей. Два вертолета с орденской символикой мелькнули почти над головой, обдав горячим запахом керосина, и унеслись к горам. На месте оставшихся вражеских машин почти одновременно вспухли два дымных факела, а вертолеты уже перевалили за кромку хребта и скрылись из виду.

Ожила рация голосом Сэма:

– Экипажи, доклады!

– Машина два. Без потерь, техника в порядке.

Это Фокс. У него всегда все в порядке, он даже бреется каждый день.

Снимаю тангенту, протягиваю «робокопу». Он отрицательно качает головой и показывает пальцем в мою сторону. Пожимаю плечами.

– Машина три. Без потерь, техника в порядке.

– Машина один. Один легкораненый, техника в состоянии двигаться. Идем по маршруту дальше в прежнем порядке.

Я включил заднюю и осторожно тронул джип обратно к дороге.

20

Больше в этот раз повоевать не пришлось, кавалерия прилетела и все сделала сама. В горах оказалась база бандитов, которые промышляли на северной дороге. Сперва на них наткнулся Виндмилл-старший и его охотничья команда. Бандиты похищениями с выкупом тоже не брезговали, поэтому Хлоиного папу со товарищи мы нашли на бандитской базе в целости и сохранности. Более того, содержали их в невиданном для этих диких мест комфорте.

Чет с Джефом накануне днем обнаружили бандитский лагерь с воздуха. Снизились разглядеть поближе, получили очередь из крупнокалиберного пулемета. Пилот оказался настоящим асом, притер горящий самолет на самый край обрыва. Мужики успели выскочить и столкнули пайпер вниз. Бандиты упавшим самолетом удовлетворились, справедливо полагая, что выживший при падении все равно обречен в этих диких местах. А на следующий день наши разведчики уже пешком вернулись к бандитскому лагерю, но принять участие в потехе не успели – все кончилось без них.

Нашу колонну бандитская засада пропустила, после чего вызвала по радио основные силы и покатила следом. Кто же мог предположить, что десяток человек, из которых двое – женщина и программист – практически без потерь отобьются от боевого ядра банды? В лагере оставались только немногочисленные конвойная да хозяйственная службы, которые сразу задрали лапки, увидев боевые орденские вертолеты.